Сергей Бальжанов: «На празднование первого Сагаалгана невозможно было достать билеты»

Сергей Бальжанов вспоминает свою постановку Сагаалгана в Бурятском театре драмы в 1989 году
Андрей Мухраев, Новая Бурятия
80

В 1989 году молодой театральный режиссер, выпускник ГИТИСа Сергей Бальжанов приехал из Москвы в родную Бурятию. После шумной, суетливой, наполненной жизнью столицы родные просторы часто кажутся нам излишне спокойными, дома – низкими, люди – медлительными. Так же казалось и молодому режиссеру. Да и как тут не впасть в московскую высокомерность, если за спиной работа в экспериментальном театре известного режиссера Анатолия Васильева, работа над пьесами Томаса Манна, Платона, чтение Германа Гессе, встречи и дружба с театральными знаменитостями.

Праздник как идея

– Я приехал в Улан-Удэ в модном джинсовом костюме, худой, с длинными волосами, поглядывая на всех немного свысока, – рассказывает Бальжанов.

На ступеньках Бурятского театра драмы режиссер встретил поэта Баира Дугарова и критика Анатолия Политова, которые понуро вышли из театра. Поздоровались и разговорились. Оказалось, что у Баира Дугарова родилась идея возрождения и проведения национального бурятского праздника Сагаалган и он пришел с ней к руководству театра, но его коротенький сценарий на двух страницах раздолбали в пух и прах.

– Мне стало интересно, что это за идея бурятского праздника, и я внимательно их слушал. И вдруг меня осенило, промелькнули в глазах видения из детства, когда мы встречали этот праздник, наши обычаи, встреча гостей, костер. В то время наш бурятский народ жаждал чего-то нового, появился интерес к своему прошлому, культуре, религии. Это была атмосфера подъема национального духа. Я сразу смекнул, что нашему национальному театру в тот момент необходимо было именно это…

1989-й был год Дракона, впереди ждал год огненной Змеи. В воображении режиссера Дракон встречает огненную Змею, и народ празднует приход нового года. Ему удалось убедить Баира Содномовича Дугарова и Анатолия Андреевича Политова вернуться в театр к директору Цыдендамбе Пурбуевичу Пурбуеву. Сергей Бальжанов имел уже за плечами спектакли «Дамдин лама», «Король Олень», «Плач Кукушки», и поэтому директор театра прислушивался к мнению молодого режиссера из Москвы. После долгих обсуждений и размышлений он дал свое разрешение на необычную постановку-празднество.

Начало празднования намечалось на улице перед театром. Планировали зажечь ритуальный костер, петь песни, танцевать ехор, и все это было внове. Напомним, что тогда еще был СССР и, хотя ветра перемен уже начинали поддувать, власть партии казалась незыблемой.

– Еще не было ВАРКа, не возрождены бурятские игры, традиции. Я начал писать свой режиссерский сценарий на основе идеи Баира Дугарова, где обозначал, кто, что и когда будет делать, какие будут костюмы и кто выступит. Вторым режиссером стал Содном Хажитов, главным художником – Бальжинима Доржиев, который изготовил эскизы афиш, пригласительных билетов. Мы стали собирать бурятские тексты, стихи, благопожелания, воспроизводить обычаи. В спектакле, посвященном празднику, принимали участие народные коллективы, исполнители народных песен, шились костюмы, а сувенирный завод даже изготовил сувениры.

Судьба спектакля держалась на волоске

Очень скоро по всему городу Улан-Удэ пронесся слух, что в Бурятском театре готовят что-то новое, необычное, грандиозное. В кассу театра стали звонить особенно нетерпеливые зрители и просили продать им билеты.

– В один из дней мне позвонил Баир Дугаров и сказал, что его вызывают в обком партии. И попросил меня пойти с ним. У меня была репетиция, и сказал, что не пойду. Я очень не любил, когда репетиции срывались из-за различных совещаний. Но Баир очень просил и настаивал. Я согласился, ведь тогда обком мог запретить любой спектакль… – вспоминает Сергей Бальжанов.

Молодой режиссер пришел в обком партии, который тогда находился в здании нынешнего Народного Хурала РБ, прямо с репетиции и, так как не был приглашен, стал ждать в приемной. Вела заседание секретарь обкома партии, «железная леди Бурятии» Лидия Чимитовна Нимаева. В ее приемной сидела женщина-секретарь с огромной прической-шишкой на голове, очень строгая и величественная. Этот момент Сергей Бальжанов запомнил очень хорошо.

– Я сел на кресло, блатной такой, развалился и закинул ногу на ногу. Наверное, хотел показать свою независимость. Секретарша сказала мне: «Молодой человек, сядьте, как следует». Я спрашиваю: «В каком смысле?». Она: «Сядьте нормально». Я ей говорю: «Стол далеко, а то поставил бы ноги на стол». Она строго посмотрела на меня и перестала спорить.

В это время дверь приоткрылась, слышу, как Нимаева кричит, вставляя в свою речь нелитературные слова. Как она кричала! Я никогда раньше не слышал, чтобы так кричали на подчиненных. А там сидят министры, генералы, руководители районов. Она кричала: «Мало вам Казахстана?! Мало Якутии?! Что это такое вы там готовите?! Кто этим занимается?!».

Рукописный сценарий

Баир Содномович Дугаров тогда сильно не вникал в постановочный процесс и ничего не мог сказать. Ей отвечают: «Ставит Бальжанов». Кто такой?! «Режиссер из Москвы, наш бурят». «Где он?! Вызовите его!». Он там, в приемной, сидит. Телефон зазвонил. Секретарша мне подобострастно: «Вы Бальжанов?». Да. «Пройдите, пожалуйста, вас вызывают». Я захожу. Нимаева сидит во главе стола, смотрит на меня поверх очков, рядом два генерала, как два двоечника у доски. На ней зеленоватый костюм. Думаю про себя, какая красивая женщина… Она мне «Вы ставите это действо?». «Да», – говорю. «Есть сценарий? Можете рассказать?». Достаю из многочисленных карманов джинсовой куртки свой сценарий, написанный от руки, так как в театре в то время не было бумаги, да и некому было распечатывать.

Начал рассказывать. Праздник должен был состоять из четырех блоков. Первое действие начинается на улице во столько-то часов, участвуют те-то и те-то, разжигается костер, поются песни, люди приветствуют друг друга, дарят подарки, произносят благопожелания, танцуют ехор. Потом второй блок – в фойе театра. Проводы года Дракона, встреча года Змеи, выступления театра «Байкал». Играют в национальные народные игры, актеры театра встречают всех гостей белой пищей, хадаками. И так далее по порядку.

Смотрю, она смягчилась: «Ну вот видите, – говорит, – все толково, по порядку, все понятно. Так мне и надо было объяснить. А почему не распечатали?». «Бумаги и копирки нет», – отвечаю. «Сколько вам экземпляров надо распечатать?». Я подумал, что надо 50 – для всех, артистов, режиссеров. Сначала хотел попросить 30, но потом сказал все-таки 50. Она говорит: «Распечатайте для всех 200 экземпляров, 100 отдайте ему, еще 100 оставьте нам».

Первый ведущий Сагаалгана

После разрешения от обкома партии дела пошли быстрее, и уже ни у кого не возникало сомнений, что премьера праздника состоится. Успех празднования Сагаалгана превзошел все ожидания. Все билеты выкупили задолго до начала. Тому же директору театра Пурбуеву звонили все, от друзей и знакомых до чиновников разного уровня с просьбой достать билеты.

– Нужно было найти хорошего ведущего, тамаду. Сейчас у нас много профессиональных ведущих, но тогда все они были наперечет. Актеры театра – это совсем другая профессия, актер создает образ. А нам нужен был шоумен, в лучшем понимании этого слова. Он должен уметь хорошо говорить, петь, танцевать, рассказывать стихи, произносить благопожелания, встречать гостей и импровизировать, когда появляется необходимость. На одной свадьбе я увидел Владимира Цыреновича Гунзынова. Он вел торжество в бурятском национальном костюме – дэгэле, читал стихи, танцевал. Это был очень обаятельный человек, всегда умеющий пошутить, сгладить ситуацию, задержать внимание публики. Я предложил ему быть ведущим первого праздника, и он с радостью согласился. Был еще один кандидат – Жалсан Батуевич Санжиев, директор Бурятского лицея, но он в силу своей работы не мог уделить празднику много времени, – рассказал Сергей Бальжанов.

Первое представление прошло очень хорошо. Погода, как по заказу, стояла теплая, народ собрался, было весело, празднично, пелись старинные бурятские песни. Почти месяц в театре был аншлаг. Спектакль посетило все руководство республики и города, но никто не говорил никаких речей, официальных поздравлений. Везде царила атмосфера праздника, радости, единения.

Почему праздник «разбежался»

– Весной я вновь уехал в Москву, работал в театре Васильева. Каково же было мое удивление, когда через год после моего возвращения мне сказали, что сейчас проходят Сагаалганы по районам. Как это, по районам? – спросил я.

Оказалось, что кто-то из руководства республики выдвинул идею проводить праздник по районам. Видимо, было дано поручение эту идею поддержать. Начались Сагаалганы баргузинских, закаменских, кяхтинских и так далее бурят. Сагаалган агинских, эхирит-булагатских, хори-бурят. Потом деление продолжилось. Например, иркутские стали проводить еще и боханские, баяндаевские, эхиритские Сагаалганы. Праздник словно «разбежался» по районам и домам.

– Такого единения народа, какой был на первом праздновании Сагаалгана, больше не было. Тот праздник показал, что когда мы все вместе – то чувствуем себя народом, можем ставить перед собой большие цели, выбрать своего лидера. Наверное, это особенность нашего национального характера – мы никогда не будем едины. Пользуясь случаем, поздравляю всех жителей Бурятии с праздником, пусть Новый год будет обильным на счастье и благополучие! И пусть буряты всего мира ощущают себя одним большим и дружным народом…

Читайте также