Несмотря на плотный рабочий график, прославленный российский клоун Анатолий Окулов согласился поработать с клоунским трио из бурятского цирка. О своем видении профессии, о трудностях и любви к зрителю он рассказывает в интервью.
– С чего началась эта творческая коллаборация?
– Это инициатива директора цирка Бурятии Тудупа Батомункуевича. Мы познакомились с ним на цирковом фестивале в Ижевске. Он предложил поработать вместе, ведь я не только артист, но и режиссер. Я посмотрел работы местных клоунов: все репризы старые, их нужно обновлять. Я понял, что нужен новый материал, который будет понятен не только в Бурятии. Более того, Тудуп Батомункуевич попросил меня выступить и в роли продюсера – продвигать ребят на международный уровень. Для этого у меня есть деловые связи, почему бы и нет.
Сейчас мы ставим четыре репризы, но я даю ребятам больше, потому что знаю профессию клоуна. Ориентируюсь на то, что площадки и программы бывают разные. В будущем году я планирую вывести ребят на два международных фестиваля и на два хороших контракта.
– Вы сразу согласились?
– Я вообще отчасти амбициозный человек. Это дает мне некоторую смелость. Ребята – молодцы, идут на контакт, хотят развиваться. А это самое главное в любом деле – желание.
– С чего вы начали? От чего отталкивались?
– Я всегда иду от себя. У меня опыт работы с 15 лет (уже 24 года) в разных коллективах: и в тройках, и в парах, и в четверке. Последние 15 лет я работаю один. Я знаю, что нужно публике и как это делать. В чем моя сильная режиссерская сторона? Я могу не только рассказать, принести идею, но и реализовать, показать. И ребятам проще брать материал.
У каждого свой бэкграунд, и здесь я пошел по пути, отталкиваясь от возможностей ребят. Кто-то играет на гитаре, кто-то поет. Вот, к примеру, Саян хорошо танцует. Коля – с большим клоунским опытом, Алана – харизматичная девушка. И одна из причин, почему я согласился, – это трио, потому что в мире клоунских трио почти нет, их можно по пальцам пересчитать. Для меня это своего рода вызов, и я знаю, как работают эти механизмы.
– Расскажите, пожалуйста, поподробнее об этих репризах.
– Я сейчас вернулся с международного фестиваля, который проходил в Перу. По его итогам из девяти наград пять уехало в Россию. У организатора Марии Терезы Версачи около трех цирков. Она попросила меня заниматься клоунами. Для местных ребят это тоже прекрасная мотивация и возможность показать себя. Одна из тем реприз – как раз индейцы и ковбои.
Вообще я хочу видеть результат, мне дорога моя репутация, поэтому все делаю качественно и мотивирую ребят.
Клоунада – один из самых сложных жанров театрального искусства. Даже все мои знакомые, большие театральные актеры, говорят, что это очень сложно.
– Почему клоунада сложная?
– Ответ достаточно простой. Театр – это про жизнь, а клоунада – про абсурд. И в него нужно поверить. Это разные вещи. Фундаментальные вещи, которые отличают нас от театрального искусства, хотя клоунада – тоже театральное искусство.
– Сложно рассмешить человека?
– Очень. Из-за тяжелого информационного шума. Идет большой и быстрый поток информации. Я всегда говорю: у тебя есть первые 30 секунд, и если ты не зацепил зрителя, ты его потерял. И с каждым последующим выходом тебе все сложнее удерживать зрителя.
Что касается самих реприз. Как я уже сказал, у нас присутствует тема индейцев и ковбоев. Еще одна из моих задумок – тема семьи. Семья понятна на любом языке, будь она бурятская, китайская, монгольская, испанская, португальская и так далее. Папа, мама и сын. И сын большой такой. Вот, к примеру, Коля очень колоритный, у него детское лицо. Саян играет папу, ну и Алана – маму. Бурятская внешность здесь очень здорово играет свою роль.
Еще одна из реприз называется «Пиньята». Пиньята – это большая игрушка в виде мультяшных или сказочных персонажей из папье-маше, которую именинник с завязанными глазами разбивает битой, чтобы высыпались конфеты. Эта традиция очень популярна в странах Латинской Америки и Италии.
Еще готовим музыкальные репризы. В этой связи я всегда иду по принципу его величества трюка. Без него никуда. А клоунский трюк всегда неординарный – это поиск нестандартных предметов и решений.
– А что важно в работе клоуна?
– Абсолютно все. Клоун должен уметь все, иметь и театральное, и актерское образование. К примеру, я ежегодно ставлю себе задачи: изучаю по одному музыкальному инструменту. Мои сильные инструменты – гитара и барабаны. Сейчас я изучил пианино. В прошлом году, когда я играл «Матрешку» на Цветном бульваре, освоил гармонь. В следующем году еду во Францию и буду изучать саксофон. Это мой путь. Я хочу развиваться.
– Вас часто называют клоуном новой формации. Что такое клоун новой формации?
– Нужно быть во времени, здесь и сейчас. Зачастую клоуны застревают в прошлом. У них материал когда-то работал, они его чуть-чуть адаптируют, но он уже устарел.
– Вы ловко и профессионально работаете с залом и держите его. Как вам это удается?
– Вы знаете, я жуткий эмпат: считываю человека за считанные секунды, и мне это не составляет труда. Коллеги всегда спрашивают: «Как ты их выбираешь, как ты их находишь?» Я говорю: «Не знаю». Я знаю, что он на меня смотрит, я ему только глазами – и он уже мой. Есть люди, которых вытащишь, а они все испортят. Вот, допустим, моя первая реприза с апельсинами, так называемая «открывашка»: пока я раздаю апельсины, изучаю весь зал, считываю зрителей.
– То есть клоун – еще и психолог?
– Да, и не только. Он и актер, и режиссер, и психолог, и акробат, и мастер, потому что зачастую реквизит делает сам. Я умею варить, пилить, все что угодно. Вообще, клоун – это социально ответственная профессия.
– Почему цирк сейчас актуален?
– Потому что люди хотят добра, устали от негатива. А цирк – это про добро, эстетику, любовь и детство. Ты восхищаешься возможностями человека. Ты смотришь, как двух-трехтысячный, пятитысячный зал зрителей сидит с горящими глазами и забывает про свои житейские проблемы. Конечно, это не может не влиять на социальную историю.
- Вы впервые в Бурятии?
Нет, уже во второй раз. В мае я принимал участие в программе «Цирковое единство», которая открывала сезон. Тогда и познакомился поближе со всеми коллегами. Увидел тогда впервые озеро Байкал и даже искупался. Это было 1 июня, и снег еще лежал. Байкал, природа, конечно, впечатлили. Необычайно красиво и мощно.
– Кто или что вас вдохновляет?
– Моя 10-летняя дочь Маша, с которой я, к сожалению, очень редко вижусь из-за плотного графика. Она большая умничка, занимается в школе олимпийского резерва по художественной гимнастике, и я всегда с нетерпением жду наших встреч.
– Что вы пожелаете бурятскому зрителю и нашему цирку?
– Я желаю бурятскому цирку, чтобы появилось свое здание, ведь цирк здесь любят! Чтобы приезжали коллективы, и соответствующая база позволяла показывать хорошие качественные программы. И я уверен, что в будущем все получится. А зрителям - побольше радости, счастья и благополучия.
Деятельность цирка Бурятии осуществляется при поддержке министерства культуры Бурятии и главы ведомства Соелмы Дагаевой. Министерство успешно реализует и другие творческие проекты, связанные с федеральными программами, в том числе, федеральным проектом «Семейные ценности и инфраструктура культуры» национального проекта "Семья".
