Какие украшения носили наши предки?

В тонких вопросах бурятской культуры нам помогли разобраться сотрудники Этнографического музея
Александра Муромцева, Информ-Полис
532

Мы продолжаем рассказывать о таинствах традиционного бурятского костюма. На этот раз поговорим об украшениях, которые носили наши предки. Что такое даруулга? Кто первая женщина-ювелир бурятского народа? Почему дарханов почитали больше, чем шаманов? В тонких вопросах бурятской культуры нам помогли разобраться сотрудники Этнографического музея — Елена Бажеева и Дашима Гончикова, а также ювелир Батомунко Цыдыпов. 

Каждый элемент как символ

В мастерской Дашимы Гончиковой на столе расстелена бумага, а на ней лежат всевозможные необычные украшения. Тут же стоит болванка, которую венчает шикарный головной убор, одновременно похожий и на корону, и на русский кокошник, но выполненный в совершенно другой манере. 

Елена Бажеева работает в Этнографическом музее хранителем предметов из драгоценных металлов и знает все об украшениях, которые есть в фонде. Она со знанием дела снимает с болванки причудливую корону и объясняет, что это даруулга — традиционный бурятский женский головной убор. 

Буряты изготавливали ее из бересты, затем обшивали тканью, а сверху крепили камни или бусины из кораллов. Основа даруулги чаще всего была синей, что символизировало цвет небесного свода, а пришитые к ней бусины олицетворяли светила. Желтый, красный и белый цвета в бурятской традиции связаны с солярной символикой: желтый соответствует свету солнца, красный — его животворящей силе, а белый означает начало начал. Центральный камень символизирует солнце в зените. Какой бы цвет он ни имел, он всегда был больше остальных.

Даруулга украшала голову, закрывала шею и грудь. К ней же крепили височные украшения, которые тоже богато декорировали бусинами из кораллов и монетами разного номинала. Это делалось не только для того, чтобы девушка выглядела богато и нарядно, но и могло послужить в полезных целях. 

— Если у семьи случались какие-то неприятности: падеж скота, пожар или недуг — можно было срезать монету или камень, а затем продать их. Благодаря вырученным деньгам люди могли купить скот или восстановить дом, чтобы вернуть благосостояние семьи, — объясняет Елена. 

Косы тоже украшали монетами. Когда девушка уезжала на сватовство, она обязательно украшала свои волосы таким вот образом: крупные монеты крепились к основанию кос, монеты номиналом поменьше — ниже. Все это делалось для того, чтобы показать состояние и благополучие семьи, да и сами девушки были не против выглядеть богато и нарядно. 

Даруулги носили во всех районах, но богаче всего их декорировали в Кяхтинском и Джидинском. Районы располагались на чайном торговом пути, поэтому местные жители были состоятельными и могли  позволить себе дорогие украшения. Вот и даруулга, которая хранится в Этнографическом музее, была когда-то сделана в Кяхтинском районе. На ней можно насчитать десятки камней и сотни бусин из кораллов, а ведь они в то время стоили недешево: за один такой коралл могли отдать целую корову. Похоже, что хозяйка этой даруулги была из богатой семьи. 

— Чем крупнее камень, тем он был дороже. Сейчас мы определяем состоятельность человека по смартфонам и машинам, а в то время смотрели на богатство украшений, величину камней. Так что каждый старался выделиться и украсить свою одежду камнями, монетами, — рассказывает Дашима Гончикова.  

Дарханы — небесные люди

Изготовлением ювелирных украшений в то время занимались дарханы. В бурятской культуре сословие дарханов было очень почитаемым, их называли небесными людьми, потому что они творят, созидают.

Белые дарханы изготавливали ювелирные украшения, а черные — предметы быта, орудия труда. Когда правил Чингисхан, дарханов почитали настолько, что они не платили феодальную подать, — такой чести удостаивались совсем немногие. Не ушло это трепетное отношение к кузнечному делу и в наше время: по сей день буряты проводят различные обряды почитания дарханов, уважают их. 

— Считалось, что изделия нужно делать очень качественно, чтобы бог дарханов — Дамдин Дорлиг — не прогневался и не забрал мастерство кузнеца. Естественно, работа дарханов щедро оплачивалась. Если ювелир делал украшения, он знакомился со всей семьей, узнавал, от чего их надо оберегать. Каждое изделие было уникальным и предназначалось определенному человеку, — рассказывает Елена Бажеева, показывая на толстый искусно гравированный браслет.  

Он выполнен из серебра, а на основании можно разглядеть тонко выгравированные солярные знаки. Сложно поверить, но девушки могли носить по два таких браслета, а весят они немало! Помимо серебра при изготовлении украшений, использовали медь: считалось, что этот металл может уберечь хозяйку от вывихов и растяжений. 

Помимо браслетов среди повседневных украшений женщин были кольца и перстни. В фонде Этнографического музея хранится роскошный перстень с халцедоном. Его сделал известный чеканщик из династии мастеров серебряных дел Раднажап Нохоров родом из села Санага Закаменского района, которое известно как центр традиционного ремесла златокузнецов. Его отец Дампил, чеканщик в девятом поколении, всю свою жизнь занимался ремеслом дарханов, по стопам отца пошел и Радна. 

Раднажап Нохоров использовал различные методы и техники исполнения ювелирных изделий, его великолепные произведения находятся в музеях Улан-Удэ и в частных коллекциях. Люди с гордостью носят украшения знаменитого мастера, потому что они вне моды и времени, они всегда ценны как живая национальная традиция. 

Другой предмет гордости фонда Этнографического музея — серьги, сделанные первой бурятской женщиной-дарханом — Долгор Логиновой. Они также изготовлены из серебра, а основание отделано цветными вставками из пластмассы, вниз свисают тонкие цепи, украшенные изящными колокольчиками. 

— Долгор Логинова родилась в семье известного мастера кузнечного дела. У него было семь дочерей, но только самой младшей, Долгор, передалось искусство дарханов. И хотя девочкам в то время даже не разрешали подходить к кузнице и прикасаться к материалам, когда отец заметил талант Долгор, он позволил ей заниматься кузнечным делом, — рассказывает Елена Бажеева.

Долгор Логинова славится тем, что начала делать бурятские серьги с тонкими серебряными цепочками и украшать их колокольчиками. В самой Закамне о Долгор говорили, что тоньше неё цепочку не сделает ни один кузнец. Сейчас её работы хранятся в Художественном музее им. Сампилова, а также в частных коллекциях. 

Сначала женщину должно быть слышно, а затем видно

Полный комплект женских украшений мог весить 4–5 килограммов, так что в повседневности всё и сразу они не носили. А вот на праздники девушки старались выглядеть нарядно и надевали на себя побольше украшений. 

Неотъемлемой частью праздничного костюма была ханжурга — женское поясное украшение с длинными цепочками или лентами. На цепочки крепятся различные приспособления: нож, огниво, наперсток, игольница, зубочистка, ушная палочка, щипчики для бровей и, конечно, обереги.

В фонде Этнографического музея тоже хранятся ханжурги. Одну из них сотрудники показали и мне. На зеленых лентах висит целый «косметический набор» и все, что может пригодиться девушке. Каждый элемент ханжурги выполнен из чистого серебра и выглядит очень искусно: покрыт завитками, сакральными символами и национальным орнаментом.  

Ювелир Батомунко Цыдыпов берет нож, прикрепленный на одну из лент, и нюхает его рукоять. «Сандал», — со знанием дела произносит мастер. А покрутив в руках ножны, добавляет: «А-а-а, зэ-э-э, понятно, китаец делал». Сотрудники Этнографического музея только удивленно кивают головами: и как ювелир смог так быстро определить материал и происхождение ханжурги? 

— Работа сделана китайцем, но под бурятский орнамент. Наверное, какой-то богатый человек заказал. Вот клеймо на ножнах, это имя мастера. В Агинском округе у многих хранятся такие наборы, все же Китай там ближе. Это объясняет и орнамент в виде драконов, буряты такое начали делать поздно — под влиянием буддизма. А на изделиях китайцев часто встречаются драконы, — рассказывает Батомунко Цыдыпов.

Объяснил он и остальные символы, изображенные на элементах ханжурги: бадма-сэсэг, что в переводе с бурятского означает «лотос», — это символ чистоты, непорочности и святости, он тоже пришел к нам из буддийской культуры. Рыбки символизируют начало жизни. А один из оберегов, искусно выполненный в форме стремян, передает связь с конем. 

— Ножики делали размером с два кулака хозяина. Шибко не было правил, но были свои каноны — нож и футляр делали под конус. Это чисто ручная чеканка. Завитки, колокольчики тоже наши все, бурятские, — отмечает мастер, разглядывая ханжургу. 

Пока мы вместе изучаем многочисленные элементы ханжурги, Дашима Гончикова вспоминает известную бурятскую пословицу: «Сначала женщину должно быть слышно, а затем видно». Теперь понятно, откуда она взялась, ведь в те времена женщины и правда носили на себе целый арсенал разных украшений. Есть у этой поговорки и сакральный смысл: раньше считалось, что мелодичный звук способен изгонять злых духов, поэтому женщины не стеснялись надевать на себя как можно больше украшений.  

Восемь благих знаков

Еще одно украшение, которое носили женщины, — это гуу, амулетницы, где хранили священные тексты, целебные травы, иконы и многое другое. Как правило, их делали из серебра — металла, связанного с символикой белого цвета. Буряты верили, что серебро обладает мощными очищающими и защитными функциями. 

Гуу могли делать в самых разных формах. Например, в Мухоршибирском районе носили гуу круглой формы, а в Закаменском любили квадратные и овальные. Гуу изготавливали из металла, а затем декорировали эмалью и чеканкой. Таких амулетниц могли носить сразу по несколько штук, скрепляя друг с другом. Считалось, что чем больше гуу носит человек, тем лучше он оберегает себя от опасностей. 

В фонде Этнографического музея хранится сразу несколько амулетниц из разных районов Бурятии. Простое круглое гуу без декора было сделано в селе Холой Кяхтинского района. Прямоугольное и отделанное филигранью, — в Еравнинском. А гордость фонда — гуу, декорированное эмалью, оно тоже из Кяхты. Такая амулетница большая редкость и явно недешево обошлась своему владельцу.

В центре изображена монограмма «Ом мани падме хум», которая считается очень сильным оберегом, а по бокам нанесены восемь благих знаков: зонт, пара рыб, сосуд неисчерпаемых сокровищ, цветок лотоса, морская раковина, бесконечная нить счастья, знамя победы и диск-чакра. Наверху — два извивающихся дракона, охраняющих доступ к содержимому амулетницы, а внизу — горные вершины, покрытые эмалью.

Из прошлого в настоящее

Обычный разговор об украшениях, которые носили наши предки, обернулся настоящим путешествием в прошлое. Перед глазами встают бурятская красавица, которая расшивает даруулгу красными кораллами, искусный дархан, чеканящий ханжургу, заботливая мать, кладущая молитвы в гуу своей дочери. Изделия того времени поражают не только своей красотой, но и глубиной подтекста — каждый завиток отчеканен не просто так, во всем скрыт свой сакральный смысл. 

Радует и то, что в наше время есть люди, которые бережно хранят эти фрагменты прошлого. Батомунко Цыдыпов — искусный мастер, который специализируется на изготовлении ювелирных изделий, делает ножи и ханжурги. Дашима Гончикова — реставратор и может мастерски восстановить старинный дэгэл или даруулгу. Елена Бажеева — хранитель предметов из драгоценных металлов, и ее рассказы об украшениях наших предков погружают в прошлое. 

То, с каким интересом и восхищением они рассказывают о старинных изделиях, как бережно касаются перстней и браслетов, свидетельствует, что эти люди действительно любят свое дело и искренне дорожат культурой своих предков. Их знания и навыки, любовь и преданность своему делу объединяют нас с предками сквозь время и пространство.

Читайте также