Тенденции недели: О бурятах нового времени

Наталия Папаева - героиня беседы, художник жанра видео-перформанс. Родилась в 1989 году в селе Орлик Окинского района Бурятии.
Болот Ширибазаров, Бурятия
136

Новое время раскрывает новых людей. А если быть точнее, оно раскрывает в людях новые черты и качества. Одна из примет нового времени для нас, бурят, заключается в том, что порою, чтобы стать бурятом, нужно уехать из Бурятии. В этом смысле Наталия Папаева, героиня очередной беседы в рубрике «Тенденции недели», во всех смыслах новая бурятка. Или бурятка нового времени…

Биографическая справка: Наталия Папаева, художник жанра видео-перформанс. Родилась в 1989 году в селе Орлик Окинского района Бурятии. В 2012 году окончила с отличием факультет журналистики Санкт-Петербургского Государственного университета. После сумела поступить в Королевскую академию художеств в Гааге (Нидерланды). Дипломной работой Натальи стал «Ёхор», видео-перформанс, который удостоился приза «ТENTA cademy Award» как  лучшая видео работа. В 2019 году Наталия была номинирована на приз в области визуального искусства «Sybren Hellinga Prize».

- Королевская академия художеств в Гааге считается одним из старейших ВУЗов Голландии, существует с 1647 года. Славится эта академия тем, что там работают едва ли не лучшие в мире специалисты в области графического дизайна. Расскажите о вашей учебе в этом ВУЗе? И как вам удалось туда поступить?

- Во время моих летних каникул на родине мама показала мне статью о Королевской академия художеств в Гааге, и сказала, что мне это место подойдет. Я поступила в эту академию, и чувствовала себя там как рыба в воде, несмотря на то, что все было новым, и люди и страна. Учеба в Голландии научила меня прислушиваться к себе. Там я впервые ощутила, что мой внутренний голос как будто проснулся, и мне стало понятно, что быть художницей это близко мне.

- Вашим творческим дебютом в Европе стал перформанс «Ехор». Расскажите о нем подробнее? 

- Это видео-перформанс, который длится 11 минут. Меня всегда волновало и раздражало то, что бурятский язык умирает. Однажды меня попросили спеть бурятскую песню, и у меня не получилось вспомнить все слова Ёхора, хотя мы его учили в школе и это одна из самых любимых моих песен. После той неудачи и появилась идея показать через одну традиционную бурятскую песню все то, что происходит с нашим языком и культурой.

Перфоманс - это мое раздражение, моя злость на себя за то, что я не использую язык в полной мере. Но, несмотря на то, что «Ёхор» о бурятском языке, близким и понятным он стал для людей самых разных национальностей. Монголам, например, он полюбился из-за ситуации во Внутренней Монголии, где правительство пытается запретить монгольскую письменность. Многие пишут мне, что начали изучать бурятский язык и монгольскую письменность благодаря моей работе.

- Как много у вас проектов? Они похожи на «Ехор»?

- Проектов у меня много, они разные, но, так или иначе, связаны между собой. Разные они потому, что я не допускаю повторений. Я не умею копировать даже саму себя. Мое жизненное кредо – постоянно двигаться вперед и непрерывно развиваться. Для меня очень важно делать новые работы и искать новые формы, поэтому всякий раз я себя заново перестраиваю. Общей же чертой всех моих работ является бурятский язык. Исключением была только одна работа, где нужно было говорить по-русски.

О чем мое творчество? О трансформациях, о том, как создавать современное искусство на бурятском языке, не вкатываясь в клише. Я использую бурятский язык в своих работах, и таким образом я его сохраняю. С недавних пор я придумала себе новое правило, все свои тексты переводить на бурятский язык. Это интервью тоже будет переведено. У меня будут выставки в Голландии, и все материалы об этих событиях будут переведены на мой родной язык. У меня есть хорошие друзья, которые помогают мне в этом. Бурятский язык мало используется, и я работаю с ним, чтобы говорить о сложных вещах, таких как иммиграция, состояние языка и общества, об одиночестве.

- Подобные вещи рождаются на потоке. Живые проекты, от сердца, всегда утомительны. К тому же, вам приходится проживать их вновь и вновь. Откуда у вас столько сил? 

- Работа художницы очень утомительна, это правда. Но у меня нет другого выбора, потому что через свои работы я сохраняю бурятский язык и открываю для себя новые дороги. Мне нравится быть художницей. Мне нравится делать живые работы. Это то, что дает мне возможность быть смелой, и открыто говорить о том, что для меня важно. Все остальное мне неинтересно.

- Вы часто подчеркиваете, что чувство одиночества, а так же гнев и отчуждение являются отправными точками в вашем творчестве. Это ведь образно говоря?

- Меня многое не устраивает. Меня не устраивает, что пенсионеры в России живут в нищете, вместо того чтобы наслаждаться жизнью и путешествовать. В Москве есть программа для пенсионеров «Долголетие», но, если у вас нет московской прописки, вам эта программа не доступна. А почему она не доступна другим россиянам? Почему такой программы нет в Бурятии? Наши пенсионеры не заслужили этой программы?

Вот, вы спрашиваете меня сейчас на русском языке, потому что многие буряты не говорят на-бурятском, почему это считается нормальным? Почему наш государственный бурятский язык используется только в семейном кругу? Почему в школах Бурятии не преподается бурятский язык? Почему бурятского языка не видно в общественном пространстве Улан-Удэ?

Почему я должна выслушивать в своей стране оскорбления от каких-то незнакомцев в России, что я, дескать, откуда-то «понаехала»? Почему я приезжаю в Улан-Удэ, и вижу так много пьяных на улицах? Почему люди считают нормой, что бурятский язык скоро исчезнет? Почему какие-то чиновники из Москвы могут взять и решить, что можно вырубить лес у Байкала? Мне от всего этого очень плохо. 

- Как вам живется в Нидерландах? Что это за страна глазами бурята?

Нидерланды гораздо меньше по площади, чем Бурятия. Это очень маленькая страна, и я живу здесь на несколько городов, потому что инфраструктура очень развита и позволяет так жить.Мне здесь живется нормально. Но и в Бурятии есть все для того, чтобы она была богатой и процветающей. Мне очень хочется, чтобы и у нас, в нашей большой Бурятии был такой же уровень жизни, как в такой крошечной стране как Голландия.

- Какие возможности перед вами открыла жизнь в Нидерландах?

- Это не жизнь в Голландии открыла мне возможности, а хорошее образование и мой характер. Образование любят обесценивать, но на самом деле, дипломы, самообразование, знание нескольких языков открывает огромные возможности. С наличием интернета необязательно жить в какой-то западной стране, чтобы думать, что жизнь удалась. Есть люди, которые отдали бы многое, чтобы хоть один раз посмотреть Байкал или пожить в Орлике.

- Как вы справляетесь с мыслями о том, что это все-таки чужая для вас страна? Ведь рано или поздно вы все равно встанете перед выбором, кем вам быть?    

- Меня это совершенно не волнует. Для меня важно, что я родилась буряткой, и выросла в бурятской среде. И мой стержень очень силен. Я говорю на-голландском, но при этом и мой бурятский становится лучше. Я учу монгольскую письменность, так что моя основа становится еще сильнее. Моя база это минии Буряад орон, моя семья, мои бурятские друзья из Польши, Австрии, Москвы, Монголии. Я не трачу время на размышления стану ли я голландкой, я просто учу языки, которые мне близки, потому что в знании языков – сила.

- Часто вам в Нидерландах и в Европе встречаются соплеменники? И что это за люди?

- Не так часто, но моя подруга жила со своей семьей в Гааге и у нее собирались молодые люди из Бурятии. Мне очень нравилось приезжать к Гүнсэме, но она переехала в другую страну. Я могу говорить только о своих друзьях, это художники, исследователи, активисты из Бурятии, которые живут в разных странах. Это замечательные люди, умные и талантливые. Они меня вдохновляют, и я очень рада, что есть такая вещь как интернет.

- Как вам удается сохранять родной язык в сердце? И какие усилия вам приходится прикладывать для этого?  

- У меня есть моя семья и мои замечательные друзья. Мы общаемся на бурятском языке. Еще несколько недель назад мне было сложно написать что-то на-бурятском. Но в сети есть множество программ. Ученый, филолог, востоковед Жаргал Бадагаров сделал восхитительные уроки на youtube. Мне хватило нескольких уроков, чтобы начать писать своим друзьям на родном языке. Конечно, я делаю ошибки, но обучение не бывает без них.

Еще я смотрю видео бурятского поэта Элбэга Зандраева, читаю блог «theburiatologist» польской исследовательницы Агнешки Матковской, которая очень много делает для бурятской культуры. В сети есть много интересных проектов, таких как «Бэшэлгэ» активиста Вячеслава Иванова, его паблик ориентирован на то, чтобы в общественном пространстве нашей республики стало больше бурятского языка. Медиа-агентство «Сагаан булаг» дизайнера Хандамы Дамдиновой, которое создает контент на бурятском языке. «Хэлыш, малыш» активистов Маргариты Морозой и Эржэны Дондоковой.

- Было бы очень интересно узнать, о чем вы мечтаете? Или к чему стремитесь?

- Я мечтаю, чтобы буряты перестали бояться всего на свете, стали увереннее и не избегали друг друга, поддерживали своих земляков и просто, чтобы каждый человек в Бурятии знал бурятский язык. Стремлюсь же я к тому, чтобы делать новые работы и раскрываться, чтобы в моих проектах бурятский язык и монгольская письменность приобрели новую энергию и новую жизнь.

- Как вы думаете, почему буряту так важно оставаться бурятом?

- Бурятам важно сохранить родной язык. А все остальное приложится. Потому что язык - это память, наследие, культура, гибкость и новые идеи. Каждый язык содержит уникальность народа и его творческую душу. Это как секретный код, который известен и поддерживается только определенной группой людей. Язык это социально-групповая вещь, невозможно сохранить язык в вакууме, только для себя. Языку нужны люди, чтобы он выжил.

Читайте также